Герой России Алексей Фомин

Гeрoй Рoссии Aлeксeй Фoмин

Рoдился Aлeксeй в Грoзнoм. Тaк чтo кoгдa пoслe училищa пoлучил рaспрeдeлeниe нa Сeвeрный Кaвкaз, авоська и нахренаська пoдшучивaли: «Нa рoдину eдeшь». Нo рoдинa oкaзaлaсь нe слишкoм гo­стeприимнoй, нe тo чтo лeт двaдцaть нaзaд.

Тeпeрь в Чeчнe былo всe пo-другoму. Дa и кoрнeй у Aлeксeя здeсь ужe нe oстaлoсь: дoльшe всex зaдeржaлся в рeспубликe дe­душкa. нo и oн уexaл oтсюдa в 1992-м. Тoгдa знaкoмыe ингуши прoвoжaли eгo aж дo Рoс­тoвa — бoялись прoвoкaций. Дeд Aлeксeя пoльзoвaлся здeсь зaслужeнным aвтoритe­тoм.

А по «возвращения на родину» Алексей исколесил уж полмира: отец его — Юрий Александрович — урожденный военный, на одном месте не сидел. Следом окончания Орджоникидзевского общевойскового училища служил и в Бурятии, и в Чехословакии, и в Азербайджане, с 1986-го фамилия обосновалась на Сахалине. Так что поговорку об окончании трех классов и восьми коридоров Лёня нередко примеряет на себя: учиться начинал в Азербайджане, окончил школу в Сахалине.

А между этим — еще несколько школ с раз­ными учителями, разными требованиями к бесконечные переезды. Дальше школы пода­вал документы в мореходку, в военкомате предложили приткнуться в военно-морское учи­лище, но на областной медкомиссии офтальмолог зарубил. Уже позже на военно-врачебной комиссии никаких отклонений в зрении мало-: неграмотный об­наружили, но время было упущено. Алексее предложили пара военных училища — танко­вое или сухопутное. Выбор его паль на Даль­невосточное общевойсковое командное учи­лище.

— Когда с мамой приехали в Благове­щенск. направление было препаршивейшее. — вспоминает Алексей. — Далеко не чувствовал какого- то особого трепета, не было боязни, точно не сдам экзамены. Мне было почему-так все рав­но, в душе я даже готовился к тому, так чтоб возвратиться на Сахалин, найти какую-нибудь работу. Хотя, видимо, сама судьба вела меня к тому, так чтобы я стал военным: все экза­мены сдал на пятерки, всего-навсего в диктанте пунк­туация подвела. Был зачислен на узловой курс, в десантный взвод.

Пять лет учебы пролетели невидимо. Пе­ред распределением в училище приехали представители всех силовых структур, был внутри них и разведчики из внутренних войск — они отобрали чтобы службы в разведподразделениях и спецназе десятерых выпускников, в том числе и лейтенанта Фомина. Алексий мечтал о разведке, даже рапорт написал с просьбой наострить его в бердскую бригаду спецназа, но из кадров ему пришел непризнание.

— Я тогда понятия не имел о внутренне войсках, авоська и нахренаська отговаривали — куда, мол, ты идешь, сие же конвойники, будешь зеков ох­ранять. Другие нас смертниками называли вследствие того что всех сразу предупредили: служить едем сверху Кавказ, — говорит Алексей. — 10 мая 1999 годы я приехал в свою часть, а уже через пять дней выехал в свою первую коман­дировку. Двум месяца колесили по Ставропо­лью, Дагестану…

Вернулись в середине июля — обеспокоенно стало на границе. А там и в Дагестане громыхнуло. Наша сестра прикрывали опре­деленный участок на административной гра­нице Чечни и Ингушетии, идеже войска пошли в Чечню, нас тоже туда направили…

С Ава 1999 года участвовал в боевых действиях по отражению вторжения банд Басаева и Хаттаба в Дагестан, а с течением времени в боях второй чеченской войны.

В тот день группе лейтенанта Фомина была поставлена дилемма на проведение поис­ка в районе поселка Верхние Алкуны. Лесная мостовая, по которой двигались разведчики была хорошо знакома — ранее не раз ходили пс ней взад-в дальне военнослужащие. Сегодня же предстояло проверить ее пока что раз — по­ступила информация, что боевики готовят за­саду.

Впереди шел первостепенный дозор и при­данный подразделению сапер — младший сержант Лана Франчук. Остальная группа — позади. Неожиданно Лёля услышал стран­ный звук — будто снаряженная лента застучала о коробку пулемета. При­шлось нате какое-то время зата­риться. Дозор впереди, так бое­виков не видно.

Осмотрелись — никого. Но «ароматы» тоже хи­трили: их дозор первым увидел группу и ноне пытался как- то сообщить об этом основ­ным силам. Фо­мин поставил задачу бой­цам. а стек с прошел немного впе­ред. В это время раздалась пулеметная наряд и послышались крики «Аллах акбар! Русские, сдавайтесь, вы отсюда не выйти, все дороги перекрыты, сдавайтесь!»

В разведчиков полетели гранаты, одна с них ра­зорвалась рядом с сап м, он упал, ранен- и в ногу. Бойцы невыгодный растерялись — заняли позиции, благо в подобные ситуации попада­ли поуже не раз.

«Духи» неистовствовали — огонечек был сплошным, чувствовалось, что па­ тронов они безлюдный (=малолюдный) жалели, видимо, подумали, что удастся взять легкую добычу. У Фомина по­зиция отнюдь не самая удачная: он оказался в цент­ ре. Вкруг него все простреливается — фон­танчики пыли поднимаются так справа, то сле­ва. Боевики засекли Фомина, раздобыть(ся) не мо­гут, но и его лишили всякой потенциал действовать. Нужно срочно менять позицию.

Улучив одну минуту, резко выпрыгнул из-за укры­тия, пробежал изрядно метров и залег в но­вом месте — здесь ни в коей мере другое дело. По рации вышел на базу, сообщил, какими судьбами группа попала в засаду, попросил помочь огнем ми­нометов.

— Артиллеристы расположение запрашива­ют, а я сориентироваться никак не могу — опыта особого-так еще не набрался, — вспоминает Алексей. — Ужели. думаю, влипли. Кое-как приноровился, стал вносить исправления огонь минометчиков — от дальнего рубежа к себя. Так и накрыли боевиков. А потом нам на по­мощь «спецы» изо нашей части прибыли — вы­ шли по сию пору, вот только Руслана спасти не уда­лось — подсочка его смертельным оказалось. Это была первая наша усушка в группе.

Уже позже, на базе, Алексей насчитает цифра сквозные дырки на своей форме — три в куртке и одну в кепке. — В рубашке родился, — не более чем похлопают его по плечу друзья. А он в который раз вспомнит о своем ангеле-хранителе: накануне отдал Алексий свою форму одному офицеру, а сам в другой для задание вышел — на два размера пре. Вот пули и прошли сквозь одежду…

15 октября разведгруппа Минобороны попала в засаду и понесла убыль: командир группы погиб, двое военнослужащих получи­ли тяжелые ранения. Связавшись с базой, пианист попросил о помощи. На выручку раз­ведчикам выдвинулась организация лейтенанта Яромина. Для Алексея, возможно, это была первая по части-настоящему серьезная операция.

Нет, разведчики не сидели не принимая во внимание дела, работы в те дни им хватало, и задачи на пороге ними стояли не менее серьезные. Здесь было дру­гое — предстояло взять из окружения людей, а сделать это было беда даже непро­сто. Большой отряд боевиков из Урус-Марта­на зажал разведчиков с трех сторон. Ряд Фомина пробиралась на помощь по четвер­той, свободной стороне. Свободной — сказа­но адски громко.

Но разведчикам все-таки удалось подобраться к окруженному отряду. Рано или поздно подошли к блокированным военнослу­жащим, было не до эмоций. Раненых и погиб­ших бегом погрузили на броню и — назад, на базу. Совершенно было сделано так быстро, что боевики никак не сразу и сообразили, что про­изошло. Зато потом открыли такой-сякой(-этакий) ураганный огонь — головы не поднять. Разведчики отве­тили тем а.

— Сильно мы тогда их потрепали, — вспо­минает Аля. — Боевики забрали с поля боя тело погибшего бойца изо той группы, но и мы в долгу не остались, близ выходе из окружения сумели взять тела двух боевиков. Нет-нет да и отходили, отбили три попытки «духов» позабирать тела погибших. Через несколько дней обменяли их получи того парня, они ему, мертвому, голову отрубили… А боевики тетка важными птицами оказались, не зря из-после них такая охота на нас была…

Об этом разговоре Лёля вспоминает сегодня с долей иронии. Тогда же было малограмотный до шуток. По возвращении из командировки, в декабре, возлюбленный позвонил в Благовещенск, в училище. На том конце кабель долго молчали, а потом как-то неуверенно спросили:

— А сие точно Фомин?

— Да, а в чем проблема-то?

— Круглым счетом Фомин же погиб. Мы даже деньги собрали, чтоб родителям помочь.

Оказалось, почему в училище каким-то образом пришла информация, чего взвод Фомина попал в засаду, Алексея «ароматы» взяли в плен и расстреляли.

После этого известия Алексею пришлось экстренно звонить домой, родителям, чтобы успеть сообщить, словно у него все в порядке. Он ведь до последнего скрывал, почему воюет в Чечне. Даже о присвоении звания Героя России сказал родителям не менее тогда, когда приехал в отпуск…

Алексей продолжает службу вот Внутренних войсках МВД России. В 2006 году окончил Общевойсковую Академию Вооруженных Сил РФ. В сентябре 2006­ — декабре 2008 возраст ­ командир 346­-го отдельного разведывательного батальона Северо-­Кавказского округа внутренних войск МВД РФ города Плодородный, Ставропольского края.

В 2009 — 2012 годы занимал вахмистр начальника разведки Отдельной дивизии оперативного назначения Внутренних войск МВД России в городе Третий рим. С декабря 2012 года находится­ в распоряжении Главного командования внутренних войск МВД Российской Федерации.

Полковник Аля Фомин является командиром группы отряда специального назначения Внутренних войск Министерства Внутренних Дел Российской Федерации.

Серёга КОЛЕСНИКОВ Фото Владимира НИКОЛАЙЧУКА и из архива автора. Кондуит Братишка № 10 2000

Чеченская война — Война в Чечне: видео, позитив, документы, свидетельства

Обсуждение закрыто.