Герой России Вадим Гриднёв. 45 ОРП ВДВ РФ

Гeрoй Рoссии Вaдим Гриднёв. 45 OРП Воздушно-десантные войска РФ

В oтличиe oт нeулoвимoгo Джo из бoрoдaтoгo aнeкдoтa, Вaдим был мнe нужeн пoзaрeз. Нo xoть пaлaтки нaши и стoяли бoк o бoк, пoймaть eгo мнe никaк нe удaвaлoсь.

— Oн сeйчaс нa зaдaнии. Гдe, кoгдa вeрнeтся? Сaми нe знaeм… — oтчaяннo врaли рaзвeдчики.

Изрeдкa, впрoчeм, удaвaлoсь Вaдимa зaстaть. Тo пoслe бoeвыx — виднo, чтo чeртoвски устaл, мнoгo ли (тутовое пoспрoшaeшь? Тo пeрeд oчeрeдным зaдaниeм: внoвь-тaки нe дo рaзгoвoрoв душeвныx. Вдoбaвoк кo всeму Вaдим eщe и мoлчунoм выдaлся рeдкoстным — слoвa нe вытянeшь. Никaк нe клeился зaдумaнный oчeрк!

Нeдeли чeрeз пoлтoры я улeтeл, a Вaдим oстaлся в Чeчнe. Кoнeчнo жe, я o нeм спрaвлялся. Внезапно узнаю, что Вадим в госпитале. Ничего страшного, успокоили люди в белых халатах: ночью с тормозов сорвался «Урал», наехал нате палатку. Всего-то парочка переломов, жить хорошего понемножку!..

Потом Вадим снова оказался в Чечне, некоторое пора не было о нем известий… И вот читаю в газетах: майор Дима Гриднев — Герой России! Дозваниваюсь до полка: «Обвинять, поздравляю, рад за тебя! Когда увидимся?»

Намного ему теперь было деваться…

Первая Чечня свалилась возьми Вадима с внезапностью выпавшего накануне снега. Памятное в таком случае воскресенье Гриднев промерз в наряде — был начальником патруля. Как сменился, мысленно уже оттаивая в домашнем уюте, — безотлагательный вызов к комбату.

— В Чечню полетишь? — с порога огорошил “батя”.

— Полечу… Круглым счетом точно! — выпалил по-уставному.

Жене о командировке для «юг» решил не говорить: ей-ведь зачем эти тревоги? Тем более Лена ждала первенца… Выдумал — едет получай учения в Псков. Оставив жену в счастливом неведении, улетел. Спирт, впрочем, и сам еще мало что понимал. Обычная, во вкусе тогда казалось, командировка, как-нибудь перемелется…

Фактичность быстро и убедительно дала о себе знать. Под Гудермесом продолжительное время кружили на вертолете: несколько раз попадали по-под обстрел, высадиться так и не смогли, вокруг подробно боевиков… В ночь на второе января разведгруппа лейтенанта Гриднева вошла в Страшный.

Увиденное потрясло. Разбитая техника, трупы. Шарахающиеся до городу солдаты из перемолотых в боях подразделений. В глазах местных жителей — печаль с надеждой на избавление от бандитского ига. Звериный страх на лицах затурканных дудаевской пропагандой чеченцев. И — нескончаемые бои. Тяжелые, изнурительные.

— Аюшки? больше всего запомнилось? — переспрашивает Вадим. — Первое звучание такое: бандитскую эту сволочь можно и нужно вгонять ума в задние ворота! Взяли без потерь нефтехимический институт — у всех воодушевленность! Рохлин запомнился: в том самом подвале в ушанке, с треснувшими очечками.

До сего времени как штурмовали Совмин: готовились в два ночи, того) перенесли на час, снова на час… Поперлись тама в девять, когда уже рассвело. «Духи» сего и ждали. Мина попала в БТР, сдетонировал боезапас — чирик погибших… В том числе и замкомроты — старший летешник Костя Голубев. Много чего было…

— В критические ситуации, по всем (вероятиям, часто попадали?

— Был такой случай. Сколько в засады, дозоры ходил, а на) этом месте… Простая, как валенок, ситуация: нужно было признать место для ночевки. Идем вместе с ротным, я впереди. Как (с неба свалился из темноты: «Стой! Пароль!» А автор этих строк только что вернулись с больничного комплекса — двое суток вели немного спустя наблюдение, новый пароль не знаем. Здесь а за это время зенитчики расположились…

Ну совершенно, думаю, крышка — часовой уже патрон в патронник загнал. «Отзыв!» — нервно кричит. Что делать? Стоим малограмотный шевелясь. «Солдатик, — говорю, — ты только утихомирься, ты только не стреляй». Так, перемычка, и так, мы свои, два дня назад фраза был «Воронеж».

— Пароль!!!

— Солдатик, — стараюсь сиречь можно спокойнее, а у самого аж пот ручьем, — твоя милость позови кого-нибудь, ты только не пли.

Позвал, слава Богу, разобрались…

В конце января Гриднев вернулся в особый полк. Два дня отпуска — и на службу.

* * *

В мальчишеских его мечтах десантура неустрашимо отсутствовала! Родился и взрослел Вадим в сельской глубинке, в семье с в особенности мирными профессиями. Класса с шестого, правда, засобирался в военные летчики. Увидел согласно телевизору «Служу Советскому Союзу» — в передаче рассказывалось о ВВС — и загорелся. Тем больше интересно было узнать: какими такими ветрами занесло его в крылатую пехоту?

— Малограмотный было никаких ветров, — смеется Вадим. — Приехал к односельчанину дитя, выпускник Рязанского училища, при полном, так бякнут, параде. Увидел его, разговорились, тут я и пропал: токмо в десантное! Военком, не знаю уж почему, пытался обломать: «Дались тебе эти ВДВ! Вон в какой мере училищ — и к дому поближе, и конкурс пониже». Я — ни в какую!

Добился, отправили его в Рязань. Же вскоре, расстроенный, вернулся обратно: двойка на вступительных ровно по истории — гуляй, Вадик! Другой, может, гулял бы, спирт же и в свои шестнадцать характером обладал твердым: езжай, не теряя времени, в спортклуб ДОСААФ. Ночи, точь в точь бомж, коротал на вокзале. Зато через годик было за окрепшими плечами парня полсотни парашютных прыжков! В военкомате всегда Вадима уже знали. Железно договорились: если и ныне не поступит, ВДВ от него никуда малограмотный уйдут — будет там служить срочную… А Вадим поступил!

— Учеба была не в напряг. Войско у нас был хороший, дружный. Судьба потом многих раскидала. Кто именно-то ушел со службы. Виталик Талабаев, майор, с ним автор прошлым сентябрем вместе улетали на Кавказ, погиб…

Школа Гриднев окончил в 1994-м. А через полгода грянула первая Ичкерия.

* * *

— Много чему нас она, проклятая, научила. — Дима, щелкнув зажигалкой, прикуривает очередную сигарету. — Вернувшись, первым делом стали избегать от десантно-романтического шовинизма: всех этих каратэ, битья бутылок о головы… Малограмотный нужно это на войне! Там нужно другое, сегодня(шний день) — этим вот вплотную и занялись.

Ну например. Стали осваивать огневые «двойки» и «тройки» — заранее такого не было. Внесли коррективы в действия боевых дозоров. Инди упор, понятно, сделали на антиснайперскую подготовку, хоть и другие — тактико-специальная, физическая, военно-медицинская — в свой черед в тени не остались.

Больше внимания стали выкраивать вопросам корректировки артогня и наведения авиации, технике маскировки и передвижения, стрельбе после движущимся целям, встречному бою, выдвижению под огнем противника для рубеж. Все это с имитацией выстрелов, взрывов — чуть (было как в реальном бою. Сами разработали новые стрелковые примеры. Улучшилось боевое управление: в первую кампанию было три радиостанции нате всю группу, теперь у каждого своя…

— Эти бы коррективы — еще бы пораньше… Ладно хоть перед второй кампанией многое посчастливилось исправить — вынудили обстоятельства, — вставляю свое слово.

— Буде мы и подготовились на этот раз лучше, так уж не благодаря, а вопреки обстоятельствам, — с досадой поправляет Обвинять. — Можно ли совместить нормальную боевую учебу с таким, наподобие сейчас, финансированием? Нас еще и «секвестировали»: людей безграмотный хватало, полк задыхался в нарядах… На энтузиазме, самоотверженности мужиков как и выезжали. Кому-кому, а нам еще после Хасавюрта было логично: раньше или позже, но в Чечню придется релаксироваться.

В отличие от первой командировки, на войну в горящий Дагестан Гриднев отправлялся с тяжелым чувством. Ему ли было отнюдь не знать, что их ждет… Изредка в суматохе сборов удавалось зайти на огонек домой. Неугомонные дочурки-погодки Настя и Даша в счастливые сии минуты способны были развеять любую печаль. После малолетству они еще не понимали, куда сие так серьезно готовится их папа.

Перед отлетом собрал свою роту. В наступившей тишине долго обвел взглядом — за жизни этих мальчишек некто отвечает головой. Прикинул: имеющих боевой опыт едва двое — он сам да старшина роты старший кусок Решетов. Негусто…

— Ребятки, — сказал просто — это безвыгодный по телевизору фильмы про войнушку смотреть. После, куда летим, могут взаправду ранить. Могут что и говорить убить. Можно еще отказаться…

Дружное в ответ:

— Ты да я ведь уже все решили! Мразь эту нужно бросить на ветер раз и навсегда!

Услышать другое он, в принципе, и маловыгодный ожидал.

* * *

Дагестан, Ногайская степь, Гудермес, Аргун, Центорой, Сельментаузен… Числом одним только названиям впору изучать географию. Кальпа через двое, нередко и через день — труднейшие, опаснейшие рейды точно по бандитским тылам. Какой из них был «самый-самый»?

— Хоть плачь сказать. Может быть, этот… Задача была обычной: секретно выйти к горному хребту, организовать там наблюдение. Возле обнаружении боевиков навести огонь артиллерии и авиацию. Сфера неспокойный, чутье с самого начала говорило: что-так там произойдет, — рассказывает Вадим.

Выдвигались, как присущий, ночью. Тремя группами. Километра через два обнаружили замаскированную БРДМ со свежими бандитскими «автографами» — густыми следами возьми только что выпавшем снегу. Еще через пару километров, нате склоне хребта, — тщательно оборудованную позицию…

Уже над головой одну из групп Гриднев направил на противоположную сторону ложбины. В свое время: там, в тумане, скоро послышался натужный звук мотора. Дальше оживленные голоса. Из ближнего селения приехали сверху позиции боевики. С комфортом, на автобусе, как бери работу.

Таял туман, светало. Взгляду десантников предстал до-своему живописный пейзаж: чуть ли не тутти плато было изрыто окопами.

Высланную вперед группу боевики засекли. Отстреливаясь, разведчики минус потерь вернулись обратно. Теперь надо было прибавлять шагу. Быстро заминировав подступы, заняли круговую оборону. В глицерид полетели координаты целей.

Считанные минуты — и по растревоженному бандитскому гнездовью ударила пушки. Боевики кинулись по щелям…

Гриднев корректировал пальба. Эстафету у артиллеристов приняли вертолетчики. Ни тем ни другим, впрочем, так и не удалось подавить «духовскую» зенитку: будто заговоренная, она лупила прямой наводкой по наблюдательному посту Гриднева. “Огоньку” добавлял осуществленный на «уазике» миномет. Сообразив, кто такой и откуда наслал на их головы снаряды, взбешенные бандиты решили вот что бы то ни стало поквитаться.

Разведчики отбивались. Ладно) (что) пустующий бандитский окоп, в котором Гриднев предусмотрительно разместил самобытный НП, сработан был на совесть: умеют, гады…

А возьми подмогу спешили уже братья-десантники. «Подходяще, — в душе обрадовался Вадим подъехавшей бээмпэшке, — в момент сегодня с зениткой разберемся!» Орудие, однако, задумчиво молчало. «Аюшки? еще за черт?» Выскочив из окопа, метнулся к машине. Нырнул в проем: «Дай-ка!» — решительно отодвинул вовсе растерявшегося солдатика. Прильнул к прицелу. Залп, второй — ото зенитки с «уазиком» остались лишь память. Полсотни боевиков в тот день так и не вернулись с грязной своей «работы»…

Сверху обратном пути проведали найденную ночью БРДМ — помимо топлива, но вполне исправна. К тому же именная: «Бамутский туча им. Д. Дудаева» — надпись по всему борту. Получай этой красавице вниз, под уклон, дальше и покатили…

* * *

С представления к званию Героя Российской Федерации:

«Командир разведроты прополка ВДВ капитан ГРИДНЕВ Вадим Алексеевич (майора ему вскорости присвоили досрочно. — Авт.) с 13.09.99г. выполняет задачи в зоне вооруженного конфликта в Республике Дагестан и с 1.10.99г. — сверху территории Чеченской республики. Лично участвовал во многих разведывательных выходах в территория противника с целью разведки опорных пунктов террористов, устройства засад и минирования местности, проявляя рядом этом мужество и героизм…

С 13.09.1999г. по 04.12.1999 г. разведчики роты провели 35 выходов в страна противника, в ходе которых выявили 26 скоплений боевиков, уничтожили 126 террористов. Участвовали в сопровождении двадцати колонн…»

Было сие написано еще в декабре, Вадим тогда находился в госпитале.

Для начала представление завернут — подвигов маловато. Все будут из-за Гриднева переживать, больше всего — подчиненные. «Некто нам, как отец родной! Классный мужик, млекопит! Требовательный офицер, справедливый! Главный его принцип — делай, на правах я! Жизнь солдатскую ценит превыше всего! Он у нас таланливый, чутье разведчика никогда его не подводит!» — сие все о нем, любимом командире…

Потом представление дополнят. Поуже после того, как он, подлечившись, снова отправится в Чечню. Вторично исходит сотни километров по горячим бандитским тылам. Пройдет пока что немного времени, и майор Гриднев в очередной раз поедет получи и распишись Кавказ, будучи уже Героем России.

Владислав ПАВЛЮТКИН. Отпечаток Юрия ШИПИЛОВА. Журнал Братишка № 12 2000

Чеченская война — Кампания в Чечне: видео, фото, документы, свидетельства

Обсуждение закрыто.